воскресенье, 8 мая 2016 г.

Посланница солнечной судьбы


      Родилась Ольга Андреевна Мезенцева (Стрельцова) в 1938 году, в Курской области, Корочанский район, хутор Великая Балка, рядом с Прохоровкой. В июле 1941года принял присягу, получил обмундирование и ушел на фронт Андрей Степанович Стрельцов отец Оли. В 1943 по этим местам пройдут тяжелые страшные бои Огненной дуги Курской битвы и Оля, будет свидетелем танковых боев, сжигающих машины, орудия и человеческие жизни.
      - Танки отчаянно ползли днем и ночью в это пекло. Вокруг все горело, - вспоминает Ольга Андреевна. - Страшно дымилась земля, плавилась броня. Мы, в погребе крепко обнявшись, тихо лежали.
      Испытание огнем и железом продолжалось, казалось, бесконечное количество дней - с 5 июля по 5 августа 1943 года. Наступающая бронетанковая лавина была отброшена контрударом, но испытание железом не закончилось. Обозленные отчаянным сопротивлением красной армии, нацисты, тех, кто остался жив, беззащитных женщин и детей вытащили из погребов и погнали в плен. Обгоревший хутор опустел. Оккупанты, пытаясь сохранить танковую группировку и не подвергаться атакам с воздуха, погнали местных жителей страдающих от голода и ран, стариков, детей и женщин рядом с отступающими стальными машинами и под их прикрытием отходили без потерь. Маленькую белокурую и голубоглазую девочку Олю Стрельцову забрал офицер, снял с брони ревущего тигра и посадил рядом с собой в легковую машину и поехал. Мать Ольги была контужена, но побежала за машиной, она начала кричать и плакать.
      - Пан офицер отдай родное дитя, - кричала в слезах мама Ольги под свист пуль и грохот танков.
      Мама бежала за машиной весь день, в полном изнеможении плакала и громко кричала. Девочка рыдала.
      - Да как же я буду жить без Оли! – под звуки танковых гусениц, в шоке голосила мама.
      Не один танкист из танкового корпуса СС, не помешал матери бежать за уезжающей машиной с ее дочкой.
      И только вечером у окраины города Белгорода, оккупант, увидел, что бабушка весь день бежала за машиной и стерла подошвы ног до костей. Сжалился и отдал ребенка матери. Танковая колонна стальных машин с лязгом и скрежетом ушла на перегруппировку своих сил. У мамы и детей кровь запеклась, раны покрылись плотной коричневой коркой с налипшей грязью и их бросили на пыльной дороге, вдоль которой свистели пули пулеметных очередей. Они не в состоянии были передвигаться.
      Вскоре, тихо, не разговаривая, подошли наши солдаты. Добрый санинструктор, юная девочка – фронтовичка, недоучившийся студент-медик из Москвы, осмотрела раны, промыла и забинтовала.
      Командир группы, что осталась от истребительного батальона, предупредил, что скоро здесь будет контратака, а залёгшие под огнём тяжелой артиллерии бойцы начали рыть траншеи. Отважная девушка не оставила в беде маму и детей, а быстро вынесла на себе их в укрытие.
      - Тащила нас раненых на себе, волоча за собой, где только силы брались! – повторяла мама Оли. - Она была измучена войной – полуголодным существованием, была бледна, худа, несмотря на все бедствия очень добрая.
      Всю дорогу домой мама тихо всхлипывала и обнимала дочь, детство которой проходило на переднем крае войны, среди грохота орудий и стонов раненых. На судьбе юной Оли, эта история сильно отразилась. Она на всю жизнь запомнила заботу и доброту санинструктора, посланницу судьбы, худенькую девочку - фронтовичку, бойкую, веселую, с широко открытыми глазами. Рядом с ней и в пороховом дыму и копоти можно было разглядеть солнечный лучик. Она давала силы смотреть в будущее. В 1952 году Оля поступает учиться в Белгородскую Транспортную Фельдшерскую Школу, посвящает свою жизнь благородной профессии, лечить людей и помогать, им сохранять здоровье. В 1954 году с отличием окончила школу и была направлена на работу фельдшером в Восточную Сибирь в железнодорожную больницу станции Нижнеудинск.



      Русин Сергей Николаевич

      Моя Тофалария

Комментариев нет:

Отправить комментарий