понедельник, 1 мая 2017 г.

Мужественный изыскатель


      Железная дорога, строившаяся в мои детские годы на территории Красноярского края, Республики Хакасия и Иркутской области, являлась продолжением железной дороги Новокузнецк - Абакан. Строительство 647 километров дороги Абакан - Тайшет было объявлено комсомольской ударной стройкой. На строительство добровольно или по общественному призыву ехали молодые ребята со всего СССР. Лица героев стройки не сходили с газетных полос, о них сочиняли песни. Обещали социальные и материальные льготы. Нижнеудинские путейцы, машинисты, мостовики, землекопы уезжали на строительство. Читая дневники Кошурникова романтики мальчишки из нашей железнодорожной школы №9, сбегали на стройку без путёвок. Мужественный изыскатель неутомимой энергией, горячей душой зажигал огонек в сердцах мальчишек и был примером, увлекая в путешествия. Подвиг изыскателей трассы, одна из ярчайших и трагических страниц истории освоения Восточных Саян.

      Идея строительства железной дороги, через Саянские хребты соединяющая Великий Сибирский Путь с большой территорией месторождений угля Кузбасса появилась давно, но неоднократно откладывалось. Специалисты, не раз пытавшиеся провести рекогносцировку, докладывали, что согласно техническим условиям, прокладка железной дороги через Саяны невозможна. Иностранные газеты писали, что такая дорога невозможна в инженерном отношении и Россия ее не построит. Из-за сложного рельефа, больших перепадов высот, вариант трассировки линии, наиболее целесообразным и оптимальным через Саяны выходом на станцию Нижнеудинск признавал главный инженер проекта Александр Кошурников. В горах геологами были обнаружены крупные месторождения железных и марганцевых руд. В разгар битвы за Сталинград, так необходима была для фронта железная руда. 5 октября 1942 года экспедиция в составе инженера Алексея Журавлёва и техника Константина Стофато, под руководством потомственного строителя железных дорог, одного из самых опытных в стране изыскателя Кошурникова отправилась по маршруту Нижнеудинск - Абакан. Большей частью путь пролегал вдоль узкой долины с множеством порогов реки Казыр. Тувинские таёжные кочевые оленеводы называли злую реку Казыр, затерянную в самом центре Саян и замерзающею в конце октября, свирепой. У Базыбайского, Верхне Китатского и Убинского каскадных порогов в пенных ямах, котлах и в местах падения воды с крутых сливов долго не замерзала. С рёвом сжимаясь в узких протоках, мерилась силой с крутыми валунами. Бочки, пороги, сливы, валы, нагромождения камней и скальных обломков в русле, такие опасности подстерегали везде.

      Кошурников с энтузиазмом занялся трассированием и проектированием дороги в сибирской тайге и самолётом вылетел из Нижнеудинска в село Покровское и затем в Тофаларский посёлок Верхнею Гутару. Вышел отряд с опозданием почти на месяц 5 октября. Торопились до глубокой зимы успеть обследовать белые пятна плохой топографической изученности и собрать необходимый материал для выбора направления сложнейшей трассы. Полевой отряд с грузом оборудования и продуктами питания сопровождал на вьючных оленях тофаларский каюр из кочевых таёжных оленеводов и охотников Холямов. Забирались они по звериным тропам в нетронутые таёжные дебри. Визуально изыскатель искал самый правильный проход по реке Казыр в хаосе горных нагромождений. Героическому отряду предстояло пройти 200 с лишним километров по практически нехоженым местам, без карт, наметить маршрут будущей трассы. По нему проложить железную дорогу через 700-километровый барьер труднодоступного горного хребта Восточных Саян, вставшего поперёк пути Южно-Сибирской магистрали и соединить ее с дорогой Тайшет - Лена.

      Изыскатель отмечал удобство трассировки линии вдоль Казыра. От Верхней Гутары начался тяжёлый путь маленькой экспедиции Кошурникова. Обгоняя начало зимы, отважные исследователи с душевной силой и безграничным мужеством продвигались по безлюдной, суровой, дикой тайге и горным перевалам. На оленях, за неделю отряд достиг Казыра и двинулся вниз по реке. Погода портилась, зима наступала раньше обычных дней. Через колючие заросли по своенравным, грозным порогам, завалам и прижимам, скальным выходам, опускающимся вертикально, в русло горной реки. Под непрерывным дождём со снегом боролись исследователи за каждый метр пути. Спички размокли, от одежды и обуви остались одни лохмотья, припасы закончились, перевалы закрылись. Казыр начал замерзать. Вплотную к воде подступали скалы, а между ними - завалы из поваленных деревьев. Обходя скалы и пробиваясь через бурелом, шёл отряд, торопясь обогнать время. Бурная река катила по дну огромные камни и ломала на порогах стволы деревьев. В каньонах, где поток заключен в отвесные скальные стены, исчез мох – корм для оленей. На крутом спуске к реке, с горечью седой каюр курил трубку, оставлял затёс на лиственнице. Пришлось погонщику вьючных оленей перевозивших грузы отряда повернуть назад. Идти с поклажей было неимоверно трудно. Сколотили плоты и сплавлялись по реке, но она разбивала их один за другим о пороги и появившиеся торосы. В отчаянном положении, понимая, что приближается трагическая развязка. В этих условиях инженеры выполняли свою работу на высочайшем уровне, все, пройденные 180 км маршрута. Кошурников вёл дневник, оценивая местность, подробно описывая берега Казыра, его излучины и притоки, геологическое строение намечаемой трассы, набрасывал чертежи, брал образцы породы, отмечал удобство трассировки линии вдоль реки. Слабея, выражалась чрезмерная сонливость. Стоило только остановиться и сесть, как сейчас же начинал засыпать. От небольшого усилия кружилась голова. Трагическое событие могло бы не произойти, если бы не целый ряд маленьких, на первый взгляд совершенно незначительных, ошибок. Спешка, пренебрежение опасностью, оказались не лучшие свойства в трудном походе. Не приняли мудрого решения спустить плот без людей, и собрав остатки сил в обход пробираться по скалам. Если бы при последней ночевке совершенно мокрые, они просушились. Если бы не опухли лица, руки и, главное, ноги. Если бы исследователи были немного опытнее и осторожнее.

      Дерзкий экспедиционный отряд проектных изыскателей Сибтранспроекта прошёл по горам Саян неудачно. Диким зверем река, ломая плот, задёрнула его разбитые щепки под лед. Только одному Кошурникову удалось добраться до берега, но он замерз. Поиски, экспедиции не вышедшей в условленный срок к предгорьям Саян начались в начале 1943 года. Удалось обнаружить три мешка с вещами и продуктами. Надежда, что отряд спасся ещё оставалась. Среди таёжников ходили слухи, мол, Кошурников увел группу через границу в Туву на высокогорное стойбище оленеводов – по хребту Эргак-Таргак-Тайга. Через год после исчезновения группы 4 октября рыбак посёлка Нижне-Казырский Иннокентий Степанов нашёл останки изыскателя в форменном кителе, счетную логарифмическую линейку с инициалами Кошурникова, барометр-высотометр, буссоль, теодолит, нивелир. Под тонкой корочкой льда прилипшие к прибрежным камням листочки исписанной бумаги из дневника, где каждое слово – правда. Вот как рассказала об этом последняя запись в дневнике сделанная замерзающей рукой Кошурникова:

      "3 ноября, вторник. Пишу, вероятно, последний раз. Замерзаю. Вчера произошла катастрофа. Погибли Костя и Алеша. Плот задернуло под лед, и Костя сразу ушел вместе с плотом. Алеша выскочил на лед и полз метров 25 по льду с водой. К берегу добраться помог ему я, но вытащить не мог, так он и закоченел наполовину в воде. Передвигаюсь ползком. Очень тяжело. Голодный, мокрый, без огня и пищи. Вероятно, сегодня замерзну".

      Дневник оказался настоящим свидетелем мужества и героизма отважного отряда. Из него мальчишки железнодорожной школы узнали о судьбе жизнерадостного и всегда бодрого, весёлого инженера - изыскателя Кошурникове и его товарищей, до последних минут жизни оставшихся верными служебному долгу. Участники экспедиции погибли на Казыр-реке, не дойдя 40 километров до пограничной заставы Нижняя Тридцатка.

      Несмотря на содержащиеся в дневниках положительные отзывы Нижнеудинском направлении, строители в дальнейшем выбрали Тайшетское. Изыскания продолжил ученик Кошурникова Евгений Алексеев. В 1955 году была завершена съемка всей трассы и проведены наземные привязочные работы. На изыскании трассы работало более 20 экспедиций и партий. Несмотря на то, что теперь они были вооружены и оснащены куда лучше, чем маленький отряд Кошурникова, и на применение авиации, изыскателям приходилось нелегко в горах. Там, где олени не могли пройти, люди тащили груз в рюкзаках на себе. На самом трудном участке трассы - на переходе через основной хребет изыскатели ходили пешком в поисках наилучших проходов в горах, перевалов, удобных подходов к ним.

      Новая дорога пересекла малодоступный район Саяны, край, таящий в своих недрах несметные богатства. Два раза поворачивала на 180 градусов и проходя через тоннели и по Козинскому виадуку высотой 65 метров. На трассе дороги пробили 9 тоннелей. Самые длинный тоннель Манский 2487 метров. На подъемах к перевалам трасса строили по прижимам вдоль горных рек, пересекая крупные реки Енисей, Абакан, Туба, Мана, Агул, Бирюса

      29 января 1965 года по построенной магистрали, из Абакана в Тайшет, прошёл первый поезд. Километраж 1034 км начинался в Новокузнецке и шагнул в Тайшет. Трасса мужества и свирепая река Казыр, по берегу которой должна была пройти железнодорожная ветка Абакан-Нижнеудинск, а не Тайшет, так и не увидели друг друга. Как пролегли бы стальные рельсы, завершись экспедиция удачно? В любом случае, люди, благодаря которым стали нам ближе овеянные легендами Восточные Саяны, достойны уважения. Развились деловые и моральные качества самоотверженных молодых ребят из Нижнеудинска, прошедших при строительстве этой магистрали школу жизни. Многие путейцы, машинисты, стрелочники и строители остались работать и жить на новой линии. Командирский корпус отделения дороги переехал из Нижнеудинска в Тайшет. Станция Тайшет стала крупным железнодорожным узлом, где ныне заканчивается трасса Южсиб и начинается Байкало-Амурская магистраль.

      Русин Сергей Николаевич

      Моя Тофалария

Комментариев нет:

Отправить комментарий