четверг, 1 июня 2017 г.

Огонёк ночной станции


      Для родного города моего детства однообразие ночной темноты была обыденностью. Вдоль пустынных улиц не было фонарей, ночью город тонул в темноте. Луна светила серебром сквозь мрак пустоты и лютую темноту, освещая притихшие дома и дороги. Ночная железнодорожная станция, чудно подсвеченная прожекторами, расцветала и зажигалась разноцветными огоньками. Вокзал сиял ярким светом. Это было самое прекрасное, многозначительное и интересное зрелище не меркнущих лучей. Я ошарашено глядел на танец волшебных огней. Станция казалась неимоверных размеров, просто бесконечно громадной. Паровозы, светофоры, поезда, проводники и кондуктора с фонарями, составляли движения узоры. Горели ночные и сигнальные, яркие и тусклые, мигающие и хлесткие, радостные и зовущие фонари вдоль торжественно строгой железной дороги. Сверкали и подмигивали разноцветные манящие огоньки, сплетались в лазурное сияние фонарики мелькающие. В мои глаза они смотрели, таинственный сумрак отдаляя. Обходчика фонарь зажженный освещал ночные тени дорожки. Смотрел, на трепет огоньков, и замирал, словно созерцал какую-то тайну. Отсюда появилась моя любовь к фонарикам, у которых жил внутри яркий живой огонёк.

      В детстве я боялся объятий беспросветной темноты, а ночной свет станции не давал уснуть. Я попросил маму ходить смотреть на огоньки ночной станции. Домашний фонарик в начале шестидесятых годов был роскошь. Если ничего было не видно в пути, мы останавливались, как вкопанные, оглядывались по сторонам и шли на ощупь. Больше всего я боялся, что кто-то другой неведомый, столкнётся со мной в густой темноте. Мой путь по шпалам и рельсам всегда освещала мама или кто-то другой. Иногда я брал взаймы железнодорожный отцовский фонарик у Сергея Роленкова и очень хотел научиться сделать свой собственный. В школе на уроках труда одноклассники собирали множество идей для вдохновения и делали фонари из бумаги или подвешенной банки и свечи. Зимой делали ледяные фонарики или из новогоднего апельсина. От ветра странствий защищалось пламя, но эти фонарики не очень сильно светили, правда, всегда получались красивые. Я мечтал современный создать электрический. Долго ходил в задумчивости и записался на факультатив по физике. Это были не обычные занятия, а уголок мечтаний. Добрый учитель Лидия Львовна Трошева отвечала на все наши вопросы, какие бывают фонарики, как сделать самодельный фонарик своими руками. Помогала в бедной школе из общих деталей собирать осветительные приборы и делать с ними опыты. После занятий шёл в кондукторский резерв, рядом с ним стояла фонарная мастерская. Я решил выразить свою индивидуальность и исцелить тоску по экскурсиям с фонариком по ночной станции. Для походов в темноте, задумал изобрести свой собственный мини фонарик из толстой фольги.

      Доверяя только себе, после уроков занимался важным и нужным делом, собирал детали для будущего фонарика. Исследовал детали внутри свалки ящика фонарной мастерской кондукторского резерва. Внимательно перебирал болтики, гайки, цветные стеклышки и проводки, аккумуляторы и лампочки. Я не отказался от поиска по дороге в школу и домой, первым просматривал ящик в сумерках и при свете солнца. Мои гордые одноклассники, хвастаясь, копались в большом ящике - свалке у нового здания сигнализации и связи.

      Меня узнали, что я сын отзывчивого фельдшера Ольги Андреевны. По направлению Белгородской Транспортной Фельдшерской Школы мама работала в железнодорожной больнице. Она всегда оказывала помощь людям разбитым судьбой и сотню тысяч раз возвращала хрупкую надежду. С ней советовались, ее помнили. Мама была донором и давала другим людям здоровье. Из уважения к маме меня пригласили посещать мастерскую. Я осмотрелся, задумался и стали замечать забавные предметы, узнавать интересные вещи, обретая здравый смысл. Добрые женщины давали мне советы правильно подбирать функциональные материалы. Подарили батарейку, лампочку и кнопочку. Учили паять все детали в одну электрическую цепь, соблюдая полярность. Как интересно было фонарик делать, я получал полезные практические навыки, осознавая, что очень просто и очень хорошо.

      Вскоре внутри моего самодельного фонарика неожиданно засветился огонёк с малиновым цветом. Он светил, как случайная искра света, капля солнца золотая, маленький алмаз. Обрадовался, что теперь не будет одиноко, темно и страшно. Весь вечер ходил с включённым фонарём, а когда сгустилась тьма, очень захотел поделиться огоньком с другими. Мой огонек фонарика зажёг много огней. Не веря своим счастливым глазам, наблюдал отсветы улыбающихся друзей с соседних улиц, светивших из тёмных окон домов. Простой фонарик неожиданно дал возможность поделиться своими мыслями. Учился модную морзянку передавать с помощью фонарика. Одноклассников фонари давно бесстыдно между собой азбукой Морзе подшучивали и переговариваясь. Кодировал текст точками и тире, напевая мелодию запоминалок. Г - гаа-гаа-рин. Л - лу-наа-ти-ки. Сколько градусов мороза на станции? Удивляясь, получал точный ответ. Раскодировал и был спокоен и горд. Мой волшебный фонарик легко превращал обычный вечер в волшебную сказку. Со временем мы с друзьями сигналили от случая к случаю. Вспыхивал я фонариком при необходимости. Фонарик с живым огоньком часто ломался, я его ремонтировать научился в пути экскурсий по ночной станции.

      Ночные походы, были крутым, сладким чудом в слепоте тёмных улиц. Ночное депо, виадук, вокзал и пути таинственно сияли. Не думал, поглядывая вниз, что с виадука очень красива светофорная сигнализация. Видно было много огней, разных цветом, миганием, числом, расположением. Очаровывал красный, жёлтый, зелёный, лунно-белый, синий цвет линзовых светофоров, знакомый перелив манящий новых узоров в миллиардах форм. Огнями прожекторов паровозы и таинственными знаками тёплого света салонов вагоны прижимались во мгле звездно лунной к семафорам и рельсовым стрелкам стальных магистралей. В темноте ночи мы думали о свете огней, желали свет, стремились к свету, и он осветил нас, магнитно притянутый из граней красоты пространства станции. Мы впечатлительно счастливым сердцем приветствовали каждую искорку света.

      Мы долго молча стояли, ночную станцию не просто рассматривая, возможно о чём-то мечтали. В сирене-розовый туман медленно вдоль засыпающих путевых фонарей водила очарованная Луна из зала ожидания. Мой оживший фонарик ей мило подмигивал, он маленькой искоркой дивно мерцающей вписался в общую картину великого пространства усеянного огоньками ночной станции и звёздную дорогу Млечного Пути неба. От единой красоты очарованное сердце рвалось на куски радости. В этом великолепии нарядных чудо огней мы восхищённо гуляли. Мечтали, двигались к смелой мечте. Светили искоркой среди космических огней. В ответ они неотразимо подмигивали. Не сбиваясь с пути, брели мы по шпалам бокового пути, мрак, рассекая, до поворотного треугольника с тупичком и поворачивали к родному двухэтажному дому.

      Проходили грезы в ночи. Сквозь мечты проходили дни, похожие на падающие звезды в многоэтажной темноте. Двигались, двигались вдаль бесчисленные огоньки. В кромешном мраке сотканные в горящее окно станции Великого Сибирского Пути и по-прежнему нам светили. Новый путеводный фонарик, мне подарила мама. Когда вокруг сгущалась незрячая тьма, его неугасимый свет в моей судьбе освещал жизненный путь чувств чище и светлей. Не утратил фонарик свой маленький улыбающийся огонёк. Лучше видел, обретал здравый смысл, чтобы не шёл в никуда, не предал свою память о маме.

      Русин Сергей Николаевич

      Моя Тофалария

Комментариев нет:

Отправить комментарий