среда, 30 октября 2019 г.
среда, 2 октября 2019 г.
воскресенье, 2 июня 2019 г.
Презентация книги "Ловец Солнца"
Вторая книга об удивительном историко-культурном регионе в центральной части горной системы Восточных Саян на западе Иркутской области на территории Нижнеудинского района вышла из печати. "Ловец Солнца" - это расходящиеся покатые и топкие тропики, устремлённые к небесам, когда кочевник встаёт на одну, а мог бы сделать шаг в сторону и прийти куда-то в совсем другую реальность. «Ленточки странствий» - это зацепившись взглядом за солнце перекочёвки людей с оленями до горизонта во все стороны, возвращение и пересказ, чем всё закончилось. "Ловец Солнца" - это голос кочевого таёжного оленевода - охотника на тропах горной тундры и тайги, факты в последовательности, придающие смысл, связанный с древней культурой. «Ленточки странствий» - это переплетение нитей судьбы человека и первозданной природы. "Ловец Солнца" - это повтор сердца в стихах, неба ширь, рассветы, закаты и размышления о любимой Родине.
Восхищаясь страной гор, с радостью вёл в своих походных блокнотах записи о путешествиях к сердцу Сибири - Тофаларии. Удивительный и какой-то совершенно необычный полузакрытый мир гор до сих пор не исследован в полной мере. Изыскатели ежегодно обходят отдаленные уголки горных хребтов и пиков, спускаются в ущелья и каньоны, прочесывают тайгу и тундру, обследуют моховые болота и бурные речки, осматривают отвесные скалы и россыпи камней в поисках самых грандиозных памятников природы и интересных открытий. Экспедиции с кочевниками и собирателями лекарственных трав в труднодоступные горно-таежные районы Саян - часть проекта, созданная для написания произведений призванных заполнить пробелы по гармоничному взаимодействию человека и первозданной природы. Результатом этой масштабной работы стали, добротно изданные книги в издательстве «Артиздат» в рамках гранда Русского географического общества. Иллюстрированные книги с историями для чтения и стихами, расширяют представление о том, какой мир загадок, который манит путешественников по ту сторону Саянских гор.
Погружаясь в мир многоликой Сибири, читатель найдет картины природы и сюжеты жизни кочевников в абсолютно дикой местности, на дальних стойбищах и угодьях в полной автономии, как многие века назад. Яркие краски в окружающие ландшафты привносят разноцветные ленточки, которые бьются под порывами ветра, словно пойманные в силки перелётные птицы у ледника Кусургашева. Если путник засвидетельствовал свое почтение этим местам, за перевалами ему открываются величественные виды. Очаровывает бездонное синее небо над утёсами Мус-Даг-Дабана и Чело-Монго. Блеск чешуйчатых золотистых россыпей в суглинках Катышиндигеру и зеркальное отражение шаманских зеркал в самородках Хормы. После трудных перекочёвок по крутым перевалам Агульских Белков и Орзагайских гольцов, тропы, проложенные к покрытым белым ягелем Хоройскому Белоку и вершине горы Улуг-Тайга, привлекают внимание к поиску, личной истины с красивой и своенравной природой, перед которой человек не всесилен. Пленяющий красотой пояс оледенения в каменном хаосе является серьезным испытанием на пути к белеющим вечным снегом вершинам гор Ары-Даг и Тас-Даг, с глубокой древности, считающихся пристанищем духов. У ледяных пиков гор Алхадыр и Хан-Бургут облака танцуют друг с другом, где мечты и реальность встречаются. На этом маршруте, через всю Тофаларию, кочевники проходят все климатические и ландшафтные зоны страны. Очаровательные горные панорамы, прозрачная вода озёр и искры белого снега на лапах старых кедров, девственная тайга и звенящие водопады превращают перекочёвки за оленьими стадами в чарующие приключения. Дух путешествий и открытий в насыщенных странствиях приводит к новым встречам с животными и птицами, закаляет характер, приучая радоваться текущему моменту, не распыляя себя между прошлым и будущим. Каждый рассказ, собранный на страницах этой книги, изменит у читателя представление о Сибири. Самые интересные сюжеты посвящены важным темам: бесконечным хождениям, сокровищам находок, смыслу жизни, личному счастью, человеческой сути и аспектам бытия. Одни из них заставят взгрустнуть, другие - наоборот - улыбнутся, но все, без исключения, заставят задуматься или напомнят о чём-то хорошем. Здесь нет дорог, но для любителей путешествий и туристов, которые умеют извлекать из жизненных ситуаций уроки для себя, не только путём своих проб и ошибок, а изучая опыт кочевых горных сообществ, данная книга будет весьма важным подспорьем в их жизненных странствиях.
Жизнь кочевника неразрывно связана с родной природой, источником жизни и всех материальных благ с горной тайгой. Мать-Тайга кормит, поит, оберегает и даёт всё необходимое, а дети тайги живут и трудятся на ней, соблюдая её законы, деля с ней радость и тяжесть. Слаб и ничтожен человек перед лицом могучей природы, если берёт с тайги лишнее, неминуемо ждёт его суровое наказание. Тайга бесконечно добра, терпелива и щедра к своим детям, но хлипких и алчных не любит. В книге воспета гармония, чтобы каждый человек мог поразмышлять над тем, каким должно быть отношение к природе, не разрывающее связующие нити. Снежные ожерелья гор меняют цвет в зависимости от положения солнца, представая перед путешественником то в золотом, то в серебряном, то в розовом свете. Встреча восхода солнца в горах наполняет всю сущность спокойствием и безмятежностью. Все иллюстрации и рассказы разделены по временам года и по времени суток. Момент, миг, минута, пора, период, времена и эпоха. Считая свои дни от дня рождения, Солнце и фазы Луны служат для знамений и определения время исчисления. Кочевники отмечают четыре особых отметки земного годового обращения вокруг Солнца - зимнее и летнее Солнцестояние, и весеннее и осеннее Равноденствие. Каждому сезону и течению дня соответствует определённые краски и обычаи. Это сделано для того, чтобы читатель мог каждый день читать и затем досконально обдумать весь годовой хозяйственный цикл. Мудрые обычаи кочевой культуры сохранились до наших дней и их можно наблюдать в путешествиях по стране гор.
Современная Тофалария, не только база таёжного оленеводства, но и культурный очаг Сибири. Дикий северный олень живёт под охраной гор и водится там в изобилии. Здесь издревле жили люди, создававшие стоянки и системы расселения. На огромных территориях оленьих пастбищ разводили и приручали вьючно-верхового северного оленя, сочетая таёжное оленеводство с охотой на пушного зверя. С таёжниками топал по лишь таёжникам известным размытым тропинкам ногами. Вдоль берега пройти не получалось, путь преграждали справа скалы, слева ревела и билась о камни бурная река. Мечтательная тропинка ломалась под камнепадами, жеманничала на осыпях и скользила на наледях. Не сбиваясь с верного пути, тропинка в тумане покрывалась мглой. Во мраке и во тьме тропинка ожидала появление лучика света вдалеке. На кочевом пути в исследовании нематериальной культуры пространства горной системы попутчиком был ветер. Восходил на высокие пики и к археологическим памятникам на перевалах, работал в отдаленных таёжных угодьях и стойбищах у ледников и снежников. В книге рассказал о гордости сибиряков - величавой природе, о красоте древних традиционных обычаев, о самобытности независимых, не завистливых характеров людей, населяющих неласковые, гордые горы с поэтическим и загадочным названием – Тофалария – Горы Чёрного Гуся.
Книга предлагает познакомиться со Связью времен. Первая книга «Ленточки странствий» рассказывает о «Мифологическом времени, а вторая книга говорит о «Историческом времени». Первая отражает жизненный путь кочевника в мифологических обычаях. Вторая ведёт по эпохам от древности к современности. Образная сюжетность первой книги и эпохальность второй книги образуют ту самую - связь времен, в которой реальность истории пересекается с реальностью мифа. Её основная идея – способность всего живого приспосабливаться к меняющимся условиям существования и реальностью оживляться. Все читатели смогут увидеть и почувствовать, как Природа даёт огромные возможности, но иногда затаивается с появлением Человека, прячется, наблюдает за ним и терпеливо ждёт его дружбы. Огнём говорят ленточки странствий в седых остатках каменных указателей Обо у кочевых троп и ликует Солнце в холодной воде ручья. В тени времени прячутся в подземные лабиринты сверкающих льдом горных озёр, окруженных не преступными скалами. У громового перевала Хурэктын-Дабан пасмурного Окинского хребта живут мифы, ушедшие на снежные громады вершин, чтобы говорить со звёздами. В преданиях таёжники роднили природу идеально, с помощью силы воображения. Оленные охотники понимали себя, как одно из проявлений всеобщей совокупности Космоса, единого природного целого и нашего дома. Вода, земля, огонь и воздух являлись первыми естественными условиями и предметами труда. Северный олень, освобождая Солнце из заточения, помог таёжникам обрели свою родину. На скалах наши далёкие предки рисовали оленя несущего на рогах Солнце. Не простой был олень, не земной, огненный. Олень носил на своих рогах Солнце весь день, утром - с гордо поднятой головой, а к вечеру уставал, и опускалась его голова все ниже и ниже. Солнце уходило внутрь земли, но горело так ярко, что казалось, будто на небе светят две полные Луны. Сошло небо с горных вершин, сгибая и ломая тропу, и заблудилось Солнце. Загрустил олень и пошёл по бездорожью его искать во тьме. Пришлось ему обойти всю тайгу до горизонта, спускаться ниже ущелий и подниматься на заоблачные вершины, чтобы найти следы Солнца. В пути звёзды и Луны неестественно большие, загадочные, какие‑то таинственно красивы, светили ему. Лёгкие Луны крадучись играли в прятки и не испускали свой собственный свет, а светили, отражая свет далёкого Солнца. Синхронно вращаясь, они казались, очень яркими относительно темного неба и выглядели одна зелёной, вторая синей. Олень смог в Лунах узнать свою олениху и маленького серебристого, сияющего олененка, недавно рождённого спутника планеты. Оленёнок с чёрными глазами родился в ночи, и на ночном небосводе не видел свет и тепло Солнца. Две полные Луны - олениха и оленёнок притягивали из невообразимой дали звёзды вокруг себя , не давая им потухнуть. Звёзды как бы отталкивались от них, оборачиваясь то быстрыми метеоритами, то тяжелыми астероидами, а то и многочисленными звездопадами. Вся небесная пелена созвездий кружила вокруг них, но олень мечтал и загадывал желание, чтобы олениха и малыш увидели олицетворение Солнца. Сетью из цветных ленточек и золотых мыслей олень ловил Солнце за горизонтом и очень обрадовался, когда на перекрёстке дня и ночи поймал его в свои силки. Коснулся олень светило, приподнял и на своих рогах понёс Солнце с гордо поднятой головой, чтобы оно озарило и согрело олениху и оленёнка.
Наставница природа дает таёжникам очень ценные уроки выживания, и борьбы со стихией, но она является и источником вдохновения. Таёжники слушают пение птиц и журчание ручья, любуются восходом или заходом солнца, слезами дождя и красотой цветка багульника. Влюблённые в суровую природу, таёжники удивляются, восхищаются первозданной чистотой и считают, что природа и человек неотделимы. Они помнят, что она отдаст все свои дары, но таёжники не возьмут лишнего. Таёжники нынешнего времени используют опыт, который оставили предыдущие поколения. Одушевляя природу по характеру человеческой деятельности, они в сердцах накапливают нежность и ориентируются на крайне почтительное, уважительное и гуманное отношение к природному миру. Они не эгоистичные потребители, которые привыкли лишь брать, ничего не отдавая взамен, дети тайги совершенствуют свой внутренний мир, сохраняя, оберегая и пытаясь восстановить утраченные потенциалы тайги.
В июне-сентябре писатель проведёт целый ряд встреч с читателями, на которых представит свою книгу и она будет доступна для широкой аудитории. Она адресована всем личностям, жаждущим путешествий, а также студентам вузов, руководителям предприятий и работникам служб персонала, занимающимся подготовкой туристических маршрутов и походов. Читатели всех поколений получат возможность прочесть книгу в библиотеках района. На презентации рассказал о своих впечатлениях от встреч и о том, как писалась эта книга в экспедициях. Надеюсь, опыт путешествий, изложенный в книге, пригодился искателям приключений, и всем желающим отправиться в этот отдалённый уголок заповедной природы, и подарит массу ярких положительных эмоций, заключающих в себе мудрость, накопленную таёжниками на протяжении веков своей жизнедеятельности. Считаю, что книга станет библиографической редкостью в самое ближайшее время и значимым событием в культурном пространстве нашего региона, а таёжники своим творческим опытом и разумом будут способствовать взаимопониманию и укреплению связей с природой. Природа может существовать без человека, без нее человек не может. Гармония человека и Матери-природы оказывается обязательным условием продолжения жизни на Земле. Эта гармония помогает в наши дни противостоять разрушительному натиску на человеческое сердце - равнодушию.
Тофалария
Скачать книгу "Ленточки странствий"
Скачать книгу "Ловец Солнца"
среда, 20 марта 2019 г.
День таёжного оленевода
В оленеводстве не бывает выходных, но есть главный ежегодный праздник таёжного населения ведущего традиционный образ жизни. День оленевода проводится в начале календарной весны в центральной части горной системы Восточных Саян. На территории Нижнеудинского района - это важное событие в жизни людей, хранящих особое чувство уважения и преклонения перед священным животным, от которого полностью зависит вся их жизнь. Отмечают торжественно и долго с начала марта и до середины апреля, потому, что оленеводы с высокой мобильностью стада переезжают с зимних оленьих пастбищ на отёл, а затем на летний выпас к доступным кормам. Маршруты и время вольного кочевания стада северных оленей остаются неизменными веками. Оленеводы совершают остановку для праздничных мероприятий на главном стойбище в населенном пункте Алыгджер в центральной части материка Евразия. У чистых чумов разводят костёр и кипятят чай. Поздравить друг друга, обговорить общие проблемы, поделиться впечатлениями, наметить планы собирается максимальное количество оленных охотников.
Погода оленных охотников тоже поздравляла. Улыбнулась весна пышной и задорной оттепелью. В труднодоступной местности оленьих гор это даже неожиданно. Выезжая в самое сердце Саян, погулять на Дне оленевода гости преодолели горные перевалы и полыньи, проталины и наледи, промоины и гололёд. Понимание кочевой системы оленьих переходов для многих гостей оказалась новой. В безупречно белом пространстве ослепляющих вершин, вечно зелёного кедрачей и синего неба, глаза отказывались различать очертания оленьей тропы. Собаки радостно лают и люди бредут вслед за оленями к впереди стоящим чумам из шестов обтянутых оленьими шкурами. В толпе народа мелькают цветные ленточки, знакомые лица в роскошных мехах и ярких платках. Из чума выбегают интернатские дети, они слушают сказки старого оленевода и играют в гордых орлов, снежных барсов или в оленье стадо. В горной тайге люди становятся частью природы, как дети, олени и собаки. Посреди стойбища неподвижно стоят дающие жизнь северные олени, на которых сверху восседают молодые оленные охотники. Между ними чувствуется невидимая, но почти осязаемая связь, единение в управлении оленями. Исход заезда предсказать невозможно, борьба за победу всегда выглядит захватывающей, результат зависит от того, насколько умело оленный охотник направлял оленей по дистанции. Под размеренный бой бубна они не пытаются отставать или гоняться за отмеряющим временем, они просто живут. Оленные охотники на лето уйдут в отдалённые стойбища на вершинах гор, а сегодня под аплодисменты зрителей в обществе друзей совершают символическую перекочевку вокруг посёлка по кругу почета и делают небольшую праздничную остановку попить ароматный чай.
В этот день на торжественном собрании с подведением итогов работы оленеводов за год, оцениваются результаты промысла, сохранность взрослых оленей, деловой выход молодняка и яловость маток. По итогам производственных конкурсов лучшие оленеводы отмечены денежными премиями и подарками. Проводятся рабочие встречи первых лиц органов государственной власти с родовыми общинами, обсуждаются проблемы и пути их решения. Печь шла о племенной работе и необходимости разработки особых мер по сохранению уникальной тофаларской породы оленей. Здесь водятся самые крупные и выносливые животные, которые сегодня находится на грани стабильного состояния, что можно сопоставить с потерей биологического разнообразия. Фрагментация или исчезновение отдельных видов снижает производительность экосистем, обедняя природную кладовую товаров и услуг, которыми мы постоянно пользуемся. Международная конвенция о биологическом разнообразии предполагает ответственность государств за сохранение биоразнообразия, в том числе через активное участие коренных народов. Местная община познакомилась с традиционной культурой и медициной оленеводов Духа в Монголии, которая позволяет оставаться здоровыми не только самим оленеводам, но и их оленям. Чествуются и награждаются старейшины и поощряются молодые люди - ученики, которые остались верны своим предкам и продолжают трудиться в тайге, вместе со своими оленями добывая соболя. В этот радостный день играют свадьбы и отмечаются юбилеи, выступают коллективы художественной самодеятельности, устраиваются гонки на оленях с участием и мужчин, и женщин, даже детей. Радужно проходят народные гулянья, соревнования, театральные представления, выставки сувениров и амулетов. Организуется торговля, конкурсы женской и детской одежды и праздничные застолья. Также проводится медицинское обследование и профилактика оленеводов и их семей. Обучение методам оказания первой медицинской помощи и правилам пользования медицинскими аптечками, обеспечение оленеводов медикаментами.
Заниматься оленеводством не просто: дикие олени в гон уводят домашних самок из стада и настоящей бедой могут стать волки и медведи. Диких оленей нельзя отстреливать - они находятся в Красной книге. Травить хищников запрещено, нет и системы отстрела. Выследить медведя-шатуна под силу очень опытному охотнику. Волк очень хитрый зверь, нападает только ночью. За раз стая хищников может уложить до десяти животных, бросая туши в тайге. По древним приданиям, брать это мясо нельзя - волки могут загрызть все стадо. Поэтому мясом прирученных оленей люди не лакомятся. Своевременно появилось новое направление государственной поддержки в сфере страхования рисков утраты оленей от природных аномалий и диких зверей. Олени могут пострадать от различных стихийных бедствий: оползней, селей, гололёдов, пожаров. Гибель даже нескольких оленей - большой убыток, а падёж стада означает для оленеводческого хозяйства разорение. Страхование северных оленей - мера актуальная. Животным оказывается ветеринарная лечебно-профилактическая помощь. Сразу после отела всем оленям в полевых условиях делается вакцинация против сибирской язвы. С приближением осени, наступает период массовой обработки оленей против подкожного овода. Северный олень полудикое животное, за которым постоянно следят, направляют на нужные пастбища, берегут от хищников, болезней, и особенно заразных, таких как бешенство и бруцеллез.
Не остались без внимания потомственные оленеводы, ветераны оленеводческой отрасли. Вспомнили дедов фронтовиков, и Георгиевской ленточкой почтили память ветеранов Великой Отечественной войны, из отдельных оленно-лыжных батальонов сформированных из оленных охотников, которые призывались в армию вместе с оленями. Условия фронтовой жизни на северном направлении советско-германского фронта были необычайно суровыми. Серьёзной проблемой было обеспечение транспортного сообщения на огромной по протяжённости линии боевых действий. Передвижение любого транспорта по крепкому насту, сопкам и горным ущельям было практически невозможно из-за отсутствия дорог и глубокого снежного покрова. Важнейшими задачами оленьих транспортов являлась защита северных рубежей, санитарная эвакуация раненых с полей сражений, доставка грузов, оружия и связь. Олени сами себя кормили в лесу, не боясь мороза и вьюги, перевозили к переднему краю бойцов и боеприпасы, вытаскивали сбитые самолеты. Оленные охотники в условиях маршевого пополнения фронтам служили отличными следопытами, проводниками и стрелками.
С древних времён таёжные оленеводы больше всего на свете ценили волю и оленей. Таежное оленеводство - одно из важнейших составляющих традиционного образа жизни оленных охотников. Поведение, обычаи, культура - все это строится вокруг оленя. Таежное оленеводство принципиально отличается от тундрового по трудозатратам. Если в тундре на одного оленевода могут приходиться тысячи голов оленей, то в тайге - только десятки. В тундре оленей разводят для мяса, в тайге на оленях только охотятся. Таёжное оленеводство для оленных охотников не только одна из отраслей сельского хозяйства, но и искомая ценность жизни. Северные олени переносят природно-климатические условия, при которых другие домашние животные, как правило, не выживают. Прирученные олени - это польза и суть для бесхитростных детей тайги по-настоящему интересующимися оленями да охотой. Олень оленеводу - друг, братишка, помощник в охоте и перекочёвках, жильё и одежда. Олень, главное почитаемое животное коренных жителей тайги, основа существования и средство передвижения, дарующее все необходимое. Чем больше у оленных охотников стадо, тем легче добывать в дремучих таёжных дебрях пушного зверя и обеспечивая деньгами семью становиться богаче.
День оленевода - добрый знак единения олений и людей живущих в одной горной тайге. Для оленных охотников олень издавна стал частью судьбы. Они внесли в таёжную оленеводческую культуру свою лепту: улучшили племенную селекцию и методы охоты, предметы быта и обогатили мифологию. Одушевляя все силы природы, оленные охотники не умело просят, но верят, что олень - вестник и проводник, указывающий единственно возможный земной путь. Оленям приписывают целебные силы, способность разыскивать лекарственные травы и целебные источники. Жизни таёжного человека и путеводного оленя неотделимы. Без оленя невозможны перекочевка, охота, обустройство жилья, пошив одежды, полноценное питание, утварь, украшения и фольклор. Суть в том, что таёжное оленеводство помогает адаптироваться людям к экстремальным условиям жизни, а древний оленеводческий народ осваивает труднодоступную горно-таежную зону тысячелетиями. Кочевание с оленями естественно сложившийся образ жизни, соответствующий традициям и является экологической нишей материальной и духовной культуры. Чтобы жить в гармонии с оленями, люди научились уважать природу и животных, передавать свои обычаи от поколения к поколению, обращаясь к связующим преданиям. Дети тайги держат прирученными обычно только двух животных - оленей и собак. Красота и сила оленя, его мирный нрав, способность кормить и защитить себя и быть терпеливым и стойким, крепким и закалённым очаровывают людей. В последнее время меняется быт оленеводов, но сохраняются приёмы приручать к тонкостям ремесла молодёжь. Ученикам азы оленеводческого ремесла впитывающих еще с молоком матери предоставляются подъемные, и новички получают важенок. На второй год - еще получают важенок. Отработав пять лет на стойбище, эти важенки с приплодом переходят в собственность работнику. Но все это нужно заслужить - выполнить план и знать в лицо своих оленей. Каждый выход в тайгу - новый цикл непростой жизни оленевода, не прерванная ниточка, ведущая к этой особой профессии, уникальному укладу кочующих таёжных оленеводов-охотников.
Множество историй хранит таёжный народ и у общего кочевого костра за чашкой горячего чая с удовольствием рассказывают легенды о чудесном олене с золотыми рогами. Посвящённый Золоторогий белый олень - не просто красивое животное, а оберег, хранящий все стадо. По поверьям он умеет творить разные чудеса, говорит и понимает человеческий язык. В ежегодном обращении солнца по кругу, открывает предкам тропу через не проходимые горы. В суровую зиму, дождливую осень и запоздавшую весну в горах ночью и днём в ветер и снег олень ведет все стадо. Оленные охотники переселяются на новые стойбища ведомые солнцем в виде оленя. Руководство уделяет внимание улучшению жизни и быта оленеводов, развитию оленеводческого хозяйства, росту поголовья стада. Успешно осваивая отдалённые угодья, стараются оленеводы своими силами зарабатывать деньги. Многое зависит от человека, заботящегося и присматривающего за оленями. Издавна этим нелегким трудом занимались по родовому принципу - родственники по отцовской и материнской линии, их дети и внуки. Помогая друг другу во время кочевок по тайге за оленьими стадами, защищаются от жизненных невзгод, обучают детей, подкармливают животных, занимаются племенной селекционной работой. Строят хозяйственно-бытовые модули с солнечными батареями, электродвижком, телевизором, телефоном и другими необходимыми предметами быта. Развивают познавательный и экологический, охотничий и этнографический туризм. В почитаемых горах чистый воздух и прозрачная вода ожидают желающих отдохнуть. Острые пики гор, ущелья и бурные реки с порогами и водопадами для экстремальных видов туризма. Первозданные харюзовые озёра для рыбалки на спиннинг с мушками. Оленные охотники приглашают к себе всех желающих учиться возрождать свое исконное занятие оленеводство в суровых таежных условиях, изучать жизнедеятельность, быт и само обеспечение оленеводов.
Таёжное оленеводство шедевр нематериального наследия человечества, но во всем мире оно находится в очень критическом состоянии. В наше время возрождением оленеводства занимаются многие народы Севера, Сибири и Дальнего Востока России. Современность вносит свои коррективы в традиционное хозяйствование, но таёжное оленеводство в Восточных Саянах развивается. На этом очень веселом, светлом и весеннем празднике олень остаётся священным животным, дарующим оленеводам смысл жизни. В этот пограничный день олени повернули на солнечные тропинки, ведущие к кормовому ягелю на заснеженных вершинах, оставляя на всю жизнь хорошие впечатления от посещения этих торжеств.
вторник, 24 апреля 2018 г.
Хранитель оленьего счастья
В поисках таёжной истины о северных оленях и кочевых таёжных оленеводах – охотниках я странствовал с одиноким ветром по нетронутой природе Саянских гор. Путешествовал по глухим и суровым местам. Все необходимое нес в своем рюкзаке и чувствовал себя совершенно независимым. Начиналась пурга, а до заката, нужно было добрести по ледяным мостам каменистой реки до горного узла, увенчанного цепью заснеженных пиков. В этой не гостеприимной стороне не росли деревья, если не считать карликовую березу. Сюда туристы не доходили. Здесь вообще ничего не было, кроме ягеля, камня и ледника, будто проглатывающего горные хребты. Спину ломило от усталости, ноги гудели, пересохло в горле. С трудом, поднявшись на самый край глубокой пропасти, я заметил признаки жизни человека. Увидев кочевое жильё с дымком от костра, я направился туда. У огня под широким пологом неба сидел пожилой таёжный оленевод и вырезал из бересты загадочный оберег - оленя, чтобы украсить ими горы. Журчал быстрый ручеёк. Олень с большими красивыми рогами задумался, увидев меня. По представлению старца, олень боялся шума, мог обидеться и растворится в розово-синей полосе заката, а вместе с ними могли растаять предания.
- Чаем угощайся, - красивых слов не подбирая молвил старейшина. - Потрескивание дров и жар углей бродячее сердце согреет.
При встрече с этим человеком я узнавал много удивительно интересного. Таёжник жил, сам зная, что он Хранитель оленей и бродил за стадом без поклажи, не выбирая знакомых тропинок, прислушиваясь лишь к собственному сердцу. Он рождённый в чуме вырос привязанный к седлу, верхом на олене передвигаясь по крутым таёжным тропам. Мать матерей Олень-небо давал душу таёжнику и оленю, и души эти равноценны. Поэтому, наверное, олень был главный образ в рассказах старика об особенностях жизни на огромных пространствах тайги. Но главным в его преданиях было не познавание жизни флоры и фауны тайги, а оказание помощи всем, кто в ней обитает. В поучительных сказаниях были заключены советы по поводу жизненных ситуаций бесконечно трудной кочевой жизни. Он ведал о запрете - не добывать вожака диких северных оленей. Северный олень считался братом таёжников и если нарушался запрет, все олени покидали места, где погибал их вожак - истинный хозяин тайги. А там, где вожак сбрасывал свои рога, обязательно водилось стадо диких оленей.
- У оленя камус крепок на ногах оттого, что не ленится копаться в снегу, - заверил старейшина. - Если олень уходит, с ним уходит счастье.
Утром в заснеженной тайге под низким солнцем паслось стадо оленей. Но прежде, чем отправиться на летнее пастбище, обладающий необычайной жизненной силой старейшина просил разрешение у матери матерей Оленя-небо. Мы смотрели на оленя, он смотрел на нас. За оленем виднелись грандиозные панорамы. И я изменил своё решение идти заранее намеченным путем и покочевал вслед за оленями обреченными на вечные скитания. Я наблюдал, как протекает жизненный цикл северного оленя. За время существования оленя в горах у них выработался определенный маршрут кочёвок. Летом насекомые гнали животных в вершины гор, где они питались ягелем, карликовой берёзкой и грибами. Зимой возвращались в тайгу.
- Летом олений пастух – оводы и мошка, - сказал старейшина. – Тропа под снег уйдет, чутье оленя по тайге поведёт.
Узкие таежные тропы приучили оленей следовать друг за другом. Используя оленя под седлом и вьюком, долго мы странствовали и всюду нас сопровождали чудеса. Я ловил природы красоты, удивляться жизнеспособности оленей и начинал понимать эту странную любовь к оленьим тропам. Весь окружающий мир мне представлялся населённым одушевлёнными образами. Они управляли сменами зимы и лета, теплом и холодом, пургой и бурями. От них зависела перекочёвка оленей и удача в промыслах.
- Не ругай тропу, спотыкаясь, не тропа виновата, - проронил старейшина. – Кочуя за оленями, забудешь безделье.
По состоянию, размерам и правильности формы рогов старик определял здоровье животного. Начало цикла размножения происходило за год до рождения телят, когда весной у оленей начинали отрастать новые рога. В рогах вырабатывался гормон. Организм отдавал им все в ущерб линьке и восстановлению мышц. Скорость роста рогов, зависела, как олени пережили зиму и набрали вес летом. Когда небо изменением светового дня, оповещало о близости осени, у быков на рогах лопалась кожа. В это время гона взрослые самцы использовали это грозное оружие для устрашения соперников. Они с храпом шли друг на друга, низко опустив головы, и схлестывались рогами. Износ быков был очень большой: драки, непрерывное возбуждение, отказ от пищи - все это приводило к истощению, травмам. Каждый год таёжник зачищал рога оленей перед гоном. Острые концы рогов отрезал, чтобы самцы не кололи друг друга. После зачистки рогов, на открытом возвышенном месте расстилал шкуру волка - покровителя стада. Окуривая дымом и искрами тотемного огня, проговаривал свои просьбы об удачном гоне, чтобы больше родилось оленят, молил хищников не вредить стаду, запрашивал ровной тропы для оленей. Желал, чтобы во время гона пришёл дикий Белый олень в стадо для случки с прирученными важенками и чтобы долго не уходил.
- Поле мечтаний в горах просторно, - изрёк старейшина. - Кто боится волков, не разводит оленей.
По окончании гона самцы сбрасывали рога, зато самки носили их всю зиму. В жизни старика гон занимал важное место, и он выполнял порядок обычаев до рождения оленят. Олени разводились среди хищных зверей в суровых климатических условиях, приобретая силу и разум. Приумножение помогало выживать. Даже находящихся в стаде, среди своих сородичей, важенок ожидающих потомство берёг старик, считая, что охраняет матерей с живыми телятами. В случае голода оленей прикармливал и лечил отваром из пихтовой коры, можжевельника. Прирученные олени кочевали в чистых природных условиях, на естественной кормовой базе, сами выпасались и легко восстанавливали численность после падежа от зимней бескормицы, после гибели от волков. Старик кочевал за стадом, наблюдая за всеми.
Гон, начинался в сентябре и через семь с половиной месяцев важенки вынашивали телят. Отел обычно происходил в мае и с первых минут жизни телята вставали на ножки. К концу первого дня своей жизни следовали за матерью, питаясь молоком. Они тонко чувствовали среду обитания и то, что вредило, они не трогали, а уходили. Оводы очень сильно портили поголовье, причиняя беспокойство, доводя до истощения. На оленят после рождения начинали охотиться вороны. Почувствовав ослабленного оленёнка, несколько птиц налетали на важенку, и, пока она отгоняла их, один ворон подкрадывается к теленку и наносит ему раны. Потом они улетали, и ждали, когда теленок упадёт от ран. У маленького теленка не было для защиты ни рогов, ни копыт и его легко могли загрызть хищные птицы, рысь или лиса. Волки на отел не приходили, но медведи и росомахи буквально шли по пятам за стадом.
- Храбрый олененок, не будет бороться с медведем, - вздохнул таёжник. - Волк появляется, когда люди беспечны.
Прирученные оленята в стадах человека не боялись и кем им стать, определял старик. Он наблюдал характер каждого оленёнка: спокойный или подвижный, мягкий или упрямый, терпеливый или непоседа. Учитывая капризы и нрав, оленят делил на вьючных и ездовых. Обучение оленят для пушной охоты начинал через год.
- Ласковое слово - ловчий оленей, - учил старейшина. - Доброта рождает умение.
В стаде существовали семейные отношения, и родство шло по важенке-матери. За мамочкой ходили важенки-дочки и быки мамочкины сыночки. У оленей одного лидера не было. В разной ситуации вожаком становился любой. В опасности они инстинктивно плотно сбивались в стадо. Такое стадо кружило, и если их не охранял старик, два оленя уводили все стадо за собой. Лидировали всегда разные олени с отлично развитой мускулатурой ног, что и служило средством выживания.
- И олень иногда спотыкается, - промолвил старейшина. - С убытком ума прибавляется.
Доброе покровительство Оленя-небо способствовало благополучно кочевать и изучать пути миграции животных. Стадо старался увести стрик подальше от встреч с хищниками и дикими оленями. Находясь в стаде, дикарь панически пугался человека, стремился убежать. А когда убегал, обязательно уводил с собой несколько оленей. Стадо терялось, смешиваясь с дикарями. Олени свободолюбивы и никаких загонов не любили. Поедая свое любимое лакомство, олени далеко уходили за грибами. Старейшина обязательно клал неподалеку от стоянки соль и обязательно олени возвращались лизать ее.
- Меня олени узнают, когда увидят и услышат, - приговаривал старейшина. - Олень работает за ложку соли.
В стаде, старейшина знал характер каждого оленя и уважал оленей кочующих впереди. Некоторых жалел, что наоборот, бредут сзади. Но это происходило не из-за их характера, а часто просто по старости. Оленей на забой не отправлял, а давал дожить до преклонных лет. Если олень работать уже не мог, скитался в стаде. Возраст для важенок не играл роли, они двадцать лет приносили телят. Среди оленят рождалось больше самцов, они меркли быстрее, чем самки. Если от стада олень отстал, его выхаживал. Если совсем олень дряхлел, терял координацию движений и начинал кружиться вокруг особого камня без остановки, то старик его оставлял.
- Охотничаем соболя и сдаём, - сказал старейшина. - Довольство малым - богатство.
Мясо северных оленей старик в пищу не употреблял, предпочитал сохатого. Если лося добывал, то голову с рогами надевал на кол и ставил мордой на восток. Весной после спячки в берлоге голодный медведь выходил ловить оленя, он сначала съедал рога, ни кусочка не оставлял, а оставшуюся тушу зарывал и никого к этой яме не подпускал. Но если он находил рога и съедал их, то оленей не трогал.
- Где два оленя пройдут, там большая тропа, - сказал старейшина. - От оленя остаются рога, от человека - имя.
Горы, растворяясь в снегу, недостижимыми вершинами, казалось, срастались с небом, пронзая облака. Извилистые реки, бурлящим потоком сокрушая отвесные скалы, не всегда текли по одному руслу. Места, по которым мы с трудом прошли, с давних пор кочевали за оленями отцы и деды таёжных оленеводов. Не потерял в суровых горах старик большую надежду, что будут ходить за стадами оленей его дети и будущие внуки. Среди льдистых пиков сияющих ослепительной белизной места хватит всем хранить оленье счастье.
Нежная радость Небо-оленя
В поисках таёжной истины о северных оленях и кочевых таёжных оленеводах – охотниках я странствовал с одиноким ветром по нетронутой природе Саянских гор. Путешествовал по глухим и суровым местам. Все необходимое нес в своем рюкзаке и чувствовал себя совершенно независимым. Начиналась пурга, а до заката, нужно было добрести по ледяным мостам каменистой реки до горного узла, увенчанного цепью заснеженных пиков. В этой не гостеприимной стороне не росли деревья, если не считать карликовую березу. Сюда туристы не доходили. Здесь вообще ничего не было, кроме ягеля, камня и ледника, будто проглатывающего горные хребты. Спину ломило от усталости, ноги гудели, пересохло в горле. С трудом, поднявшись на самый край глубокой пропасти, я заметил признаки жизни человека. Увидев кочевое жильё с дымком от костра, я направился туда. У огня под широким пологом неба сидел пожилой таёжный оленевод и вырезал из бересты загадочный оберег - оленя, чтобы украсить ими горы. Журчал быстрый ручеёк. Олень с большими красивыми рогами задумался, увидев меня. По представлению старца, олень боялся шума, мог обидеться и растворится в розово-синей полосе заката, а вместе с ними могли растаять предания.
- Чаем угощайся, - красивых слов не подбирая молвил старейшина. - Потрескивание дров и жар углей бродячее сердце согреет.
При встрече с этим человеком я узнавал много удивительно интересного. Таёжник жил, сам зная, что он Хранитель оленей и бродил за стадом без поклажи, не выбирая знакомых тропинок, прислушиваясь лишь к собственному сердцу. Он рождённый в чуме вырос привязанный к седлу, верхом на олене передвигаясь по крутым таёжным тропам. Мать матерей Олень-небо давал душу таёжнику и оленю, и души эти равноценны. Поэтому, наверное, олень был главный образ в рассказах старика об особенностях жизни на огромных пространствах тайги. Но главным в его преданиях было не познавание жизни флоры и фауны тайги, а оказание помощи всем, кто в ней обитает. В поучительных сказаниях были заключены советы по поводу жизненных ситуаций бесконечно трудной кочевой жизни. Он ведал о запрете - не добывать вожака диких северных оленей. Северный олень считался братом таёжников и если нарушался запрет, все олени покидали места, где погибал их вожак - истинный хозяин тайги. А там, где вожак сбрасывал свои рога, обязательно водилось стадо диких оленей.
- У оленя камус крепок на ногах оттого, что не ленится копаться в снегу, - заверил старейшина. - Если олень уходит, с ним уходит счастье.
Утром в заснеженной тайге под низким солнцем паслось стадо оленей. Но прежде, чем отправиться на летнее пастбище, обладающий необычайной жизненной силой старейшина просил разрешение у матери матерей Оленя-небо. Мы смотрели на оленя, он смотрел на нас. За оленем виднелись грандиозные панорамы. И я изменил своё решение идти заранее намеченным путем и покочевал вслед за оленями обреченными на вечные скитания. Я наблюдал, как протекает жизненный цикл северного оленя. За время существования оленя в горах у них выработался определенный маршрут кочёвок. Летом насекомые гнали животных в вершины гор, где они питались ягелем, карликовой берёзкой и грибами. Зимой возвращались в тайгу.
- Летом олений пастух – оводы и мошка, - сказал старейшина. – Тропа под снег уйдет, чутье оленя по тайге поведёт.
Узкие таежные тропы приучили оленей следовать друг за другом. Используя оленя под седлом и вьюком, долго мы странствовали и всюду нас сопровождали чудеса. Я ловил природы красоты, удивляться жизнеспособности оленей и начинал понимать эту странную любовь к оленьим тропам. Весь окружающий мир мне представлялся населённым одушевлёнными образами. Они управляли сменами зимы и лета, теплом и холодом, пургой и бурями. От них зависела перекочёвка оленей и удача в промыслах.
- Не ругай тропу, спотыкаясь, не тропа виновата, - проронил старейшина. – Кочуя за оленями, забудешь безделье.
По состоянию, размерам и правильности формы рогов старик определял здоровье животного. Начало цикла размножения происходило за год до рождения телят, когда весной у оленей начинали отрастать новые рога. В рогах вырабатывался гормон. Организм отдавал им все в ущерб линьке и восстановлению мышц. Скорость роста рогов, зависела, как олени пережили зиму и набрали вес летом. Когда небо изменением светового дня, оповещало о близости осени, у быков на рогах лопалась кожа. В это время гона взрослые самцы использовали это грозное оружие для устрашения соперников. Они с храпом шли друг на друга, низко опустив головы, и схлестывались рогами. Износ быков был очень большой: драки, непрерывное возбуждение, отказ от пищи - все это приводило к истощению, травмам. Каждый год таёжник зачищал рога оленей перед гоном. Острые концы рогов отрезал, чтобы самцы не кололи друг друга. После зачистки рогов, на открытом возвышенном месте расстилал шкуру волка - покровителя стада. Окуривая дымом и искрами тотемного огня, проговаривал свои просьбы об удачном гоне, чтобы больше родилось оленят, молил хищников не вредить стаду, запрашивал ровной тропы для оленей. Желал, чтобы во время гона пришёл дикий Белый олень в стадо для случки с прирученными важенками и чтобы долго не уходил.
- Поле мечтаний в горах просторно, - изрёк старейшина. - Кто боится волков, не разводит оленей.
По окончании гона самцы сбрасывали рога, зато самки носили их всю зиму. В жизни старика гон занимал важное место, и он выполнял порядок обычаев до рождения оленят. Олени разводились среди хищных зверей в суровых климатических условиях, приобретая силу и разум. Приумножение помогало выживать. Даже находящихся в стаде, среди своих сородичей, важенок ожидающих потомство берёг старик, считая, что охраняет матерей с живыми телятами. В случае голода оленей прикармливал и лечил отваром из пихтовой коры, можжевельника. Прирученные олени кочевали в чистых природных условиях, на естественной кормовой базе, сами выпасались и легко восстанавливали численность после падежа от зимней бескормицы, после гибели от волков. Старик кочевал за стадом, наблюдая за всеми.
Гон, начинался в сентябре и через семь с половиной месяцев важенки вынашивали телят. Отел обычно происходил в мае и с первых минут жизни телята вставали на ножки. К концу первого дня своей жизни следовали за матерью, питаясь молоком. Они тонко чувствовали среду обитания и то, что вредило, они не трогали, а уходили. Оводы очень сильно портили поголовье, причиняя беспокойство, доводя до истощения. На оленят после рождения начинали охотиться вороны. Почувствовав ослабленного оленёнка, несколько птиц налетали на важенку, и, пока она отгоняла их, один ворон подкрадывается к теленку и наносит ему раны. Потом они улетали, и ждали, когда теленок упадёт от ран. У маленького теленка не было для защиты ни рогов, ни копыт и его легко могли загрызть хищные птицы, рысь или лиса. Волки на отел не приходили, но медведи и росомахи буквально шли по пятам за стадом.
- Храбрый олененок, не будет бороться с медведем, - вздохнул таёжник. - Волк появляется, когда люди беспечны.
Прирученные оленята в стадах человека не боялись и кем им стать, определял старик. Он наблюдал характер каждого оленёнка: спокойный или подвижный, мягкий или упрямый, терпеливый или непоседа. Учитывая капризы и нрав, оленят делил на вьючных и ездовых. Обучение оленят для пушной охоты начинал через год.
- Ласковое слово - ловчий оленей, - учил старейшина. - Доброта рождает умение.
В стаде существовали семейные отношения, и родство шло по важенке-матери. За мамочкой ходили важенки-дочки и быки мамочкины сыночки. У оленей одного лидера не было. В разной ситуации вожаком становился любой. В опасности они инстинктивно плотно сбивались в стадо. Такое стадо кружило, и если их не охранял старик, два оленя уводили все стадо за собой. Лидировали всегда разные олени с отлично развитой мускулатурой ног, что и служило средством выживания.
- И олень иногда спотыкается, - промолвил старейшина. - С убытком ума прибавляется.
Доброе покровительство Оленя-небо способствовало благополучно кочевать и изучать пути миграции животных. Стадо старался увести стрик подальше от встреч с хищниками и дикими оленями. Находясь в стаде, дикарь панически пугался человека, стремился убежать. А когда убегал, обязательно уводил с собой несколько оленей. Стадо терялось, смешиваясь с дикарями. Олени свободолюбивы и никаких загонов не любили. Поедая свое любимое лакомство, олени далеко уходили за грибами. Старейшина обязательно клал неподалеку от стоянки соль и обязательно олени возвращались лизать ее.
- Меня олени узнают, когда увидят и услышат, - приговаривал старейшина. - Олень работает за ложку соли.
В стаде, старейшина знал характер каждого оленя и уважал оленей кочующих впереди. Некоторых жалел, что наоборот, бредут сзади. Но это происходило не из-за их характера, а часто просто по старости. Оленей на забой не отправлял, а давал дожить до преклонных лет. Если олень работать уже не мог, скитался в стаде. Возраст для важенок не играл роли, они двадцать лет приносили телят. Среди оленят рождалось больше самцов, они меркли быстрее, чем самки. Если от стада олень отстал, его выхаживал. Если совсем олень дряхлел, терял координацию движений и начинал кружиться вокруг особого камня без остановки, то старик его оставлял.
- Охотничаем соболя и сдаём, - сказал старейшина. - Довольство малым - богатство.
Мясо северных оленей старик в пищу не употреблял, предпочитал сохатого. Если лося добывал, то голову с рогами надевал на кол и ставил мордой на восток. Весной после спячки в берлоге голодный медведь выходил ловить оленя, он сначала съедал рога, ни кусочка не оставлял, а оставшуюся тушу зарывал и никого к этой яме не подпускал. Но если он находил рога и съедал их, то оленей не трогал.
- Где два оленя пройдут, там большая тропа, - сказал старейшина. - От оленя остаются рога, от человека - имя.
Горы, растворяясь в снегу, недостижимыми вершинами, казалось, срастались с небом, пронзая облака. Извилистые реки, бурлящим потоком сокрушая отвесные скалы, не всегда текли по одному руслу. Места, по которым мы с трудом прошли, с давних пор кочевали за оленями отцы и деды таёжных оленеводов. Не потерял в суровых горах старик большую надежду, что будут ходить за стадами оленей его дети и будущие внуки. Среди льдистых пиков сияющих ослепительной белизной места хватит всем хранить оленье счастье.
Росяной ветер весны
Рожденный в день Северного ветра, вечный странник, таёжный кочевой оленевод - охотник в своих мифических и лирических поверьях представлял ветер живым существом. Сто небесных сил обитали выше скал в облаках над вершинами гор у сотканного из ветров края неба. В непрерывном творении мира рождалось множество духов - дух дождя, дух града, дух солнечного света, дух облака, дух грома, дух звезд и дух ветра. Ветры были жизненное дыхание Неба, и сами возникали из дыхания Небо-оленя. Когда вдыхал и выдыхал воздух зародышевым дыханием жизни Небо-олень, все ветра из бесконечности невообразимо освобождались. Они несказанно подобно зародышу в утробе матери дули поочередно: один устанет дуть - другой начнет; оттого и веяли в разные стороны. Все существующее ветры должны были участвовать в горно таёжной еще жизни, кроме лично своей. Соединялись ветры и поветрия с рельефом горно таёжной местности, обладая определенной предсказуемостью, сезонностью, периодичностью и координацией пространства. Как неотъемлемые свойства срастались ветры с нравами и обыкновениями, чертами характера и обитателей горного края.
- Ветер-дыхание природы, - воскликнул таёжник. - Большие горы сильный ветер любят.
В необозримой красоте и фантастических панорамах, заворожённого удивительной чистотой и великолепием пространства веяло какой-то отрешенностью. По заснеженным вершинам и горной тундре рыскали, пели и свистели, деревья ломали и перекатывали ветры и имели много значений. Они были невидимы, но сын высоких гор таёжник, сливаясь с природой, обнаруживал и узнавал их по свисту и движению. Он ощущал разные качества ветров, трогал ветер на ощупь и называл тёплые ветры обладающими текучестью и мягкостью женскими именами своих подруг и сестёр. Бурям с громом и молнией, от которых медведи, в испуге, падали с деревьев и ветрам для грозы собирающих тучи, присваивал имена братьев и друзей. Ураганам, вырезающим снежинки из ледника и гонящих с востока на запад Солнце, давал имена старейшин. Названия ветров с надеждами, мечтами высекались в сердцах и на коже шершавой друг друга. Чувствовал и повторял таёжник, раз за разом истинно наполненные магией имена и хранил в памяти их репутацию очень бережно. Он любил мягкое звучание ветра над водами горных озёр. О запахах ветра, омытого весенним дождём и пропитанного ароматом кедровой смолы, таёжник пел поэтические сказки для своих детей.
- Ветер всему миру не сдержать, - говорил таёжник. - Он невидим и обнаруживает себя свистом.
Лёгкие и воздушные ветры летали вокруг вершин, на пики садились, поднимались, кружились и снова срывались сверху вниз, с горы к подножию. Каждый высокий, крепкий, неразрывный ветер переполненный жизнью и силой наделялся ясным обликом и одушевлялся. Таёжник старался подружиться со свежим ветром, приходящим с рассветом. Учился читать мысли и слушать звонкий тревожный ветер в начале зимы, сдувающий листья с карликовой берёзки. Ветер-сквозняк возникал между двумя близко стоящими скалами. Позёмка путалась под непослушными ногами. Летал по ветру нежного счастья, сквозь пушистые крылья льдинок, доверяясь радостному чувству. Хлебал ветер простуженной скуки и братался с таежною стужей. Обнимался с голову вскружившим облаченным в любовь ветром, спешим к пасмурным небесам.
- Ветряная сила наше счастье приносила, - говорил таёжник. - Неуловимый ветер рыскал, пел да свистел, деревья ломал, траву к земле пригибал.
Благоприятный ветер приносил удачу в перекочёвке, а попутный в дальнем путешествии. Всегда кланялся, приветствуя возвышенный ревущий и шумный ветер вестник. Несильный ветер, приятное дуновение воздуха в ясный день рождал хорошую погоду и поднимал настроение. В начале каждого лета приносил влажный ветер в горы туманную или дождливую погоду, которая ухудшала видимость на перевалах. Зимой, обычно на переломе дня и ночи, приветливый восточный ветер возвещал об удачливой охоте, видимо, в качестве искупления за невзгоды, перенесенные в крепкие морозы.
- За ветром в горах не угоняешься, - подумал таёжник. – Сердитый ветер с горы снежную вершину сорвёт.
Встречный ветер с малыми шалостями таёжник определял по движению воздушных потоков, чтоб добыча не учуяла его раньше времени. Дух ласковый ветер, вдыхая дыхание во все живое. Зверь, деревья горы, все участливо дышали одним дыханием с радушным ветром. Вся семья ветров влияла на жизнь природы и на жизнь таёжника. Для таёжника каждый ветер был чтим в памяти и чувствах. Ветер одушевлял, с ним он говорил, пытаясь объяснить его переменчивое поведение, и всячески старался задобрить. Более того - замечая, что ветры дуют с разных сторон света и бывают холодными и теплыми, влажными и иссушающими, назначал ответственного за воздушную стихию - Дух ветра.
- В горах ветра не поймаешь, - вспомнил таёжник. - Гору разрушает ветер, а дружбу - слова.
Выдох бури означал творение мира, а вдох сокрушение, клонившее и качание к земле цветов багульника и хвои кедров. Ураган открывал проход между мирами. Вихрь передавал сообщения жизненного дыхания неба. Налетающее и исчезающее дуновения несли звуки и голоса, в том числе и сердечных связей. Порывы ветра с горных склонов, были самыми загадочными из всех стихий и казались, предвещали скорую встречу с возлюбленной. Не знавший физических причин возникновения, дорогому сердцу нечаянном ветре развивающим ленточки одежд таёжник сочинял песни, когда хотел встретиться с милой девушкой.
- С ветра пришло, на ветер и пошло, - подумал таёжник. - Спрошу у ветра совет, будет ли ответ?
Если долго дул холодный могущественный, непредсказуемый и внезапный ветер или висел в горах сырой и тёмный туман, таёжник пытался изо всех сил дышать полной грудью. Он вдыхал стылый воздух, потом выдыхал, но не до конца - часть леденящего воздуха оставлял в лёгких, образуя воздушную подушку. Кашель и одышка мешали дышать при студёном ветре, и таёжник совершал приёмы усмиряющие силу льдистого ветра. Нежданному морозному ветру обходительно оказывал почести и затем ласково провожал обратно на хладное небо.
- Пусть услышит Небо-олень слова, и равнодушный ветер унесет с собой, дующий из тех мест, где ветры родятся, - пел таёжник. - Застывший туман утренний ветер изгони дуновением оживлённым.
Таёжник, рожденный под стихией воздуха, вспоминал связанные с ветром фольклорные сюжеты, поднимаясь на гору, смотреть сквозь звёзды на обиталище Небо-оленя. Дыханием таёжный служитель ветра подтверждал связь горной тайги с миром Небо-оленя. Среди созвездий он был подобен скале, вырастающей на пути беспокойного ветра, и напевал просьбу при отсутствии голоса, но с почтением выдувая слова. Просил найти правильный выбор пути, понять свою тропу, поймать свой легкий ветер. Просил, чтобы задул тёплый неуловимый ветер, необычный оберег рода. Одушевлённый ветер хорошо порой бил в лицо, но и хранил таёжников от неприятностей. Скорый ветер носился от края до края, обнимая горы, вновь и вновь неугомонно измеряя их размахом крыльев. Ветер изменял форму деревьев, но тайга оставалась неизменной. Потоки силы ветров невидимыми нитями пронизывали горы, и таёжник держался за них, ощущая счастье и спокойствие.
- Ветер снег съедает, - изрёк таёжник. - Куда ветер дует, там и дождь идет.
С живым, веселым характером таёжник, отличался сообразительностью и богатым воображением и общался с ветром, не поддаваясь эмоциям. Он взбирался на головокружительный шпиль ледника на голой скалистой вершине под сверкающей драгоценностью свода непредвиденного неба. Таёжник, старался узнать у возвышенного Духа ветра Великую Тайну, которая окружала и наполняла и несла в себе самую полную меру радости, возможного в этой жизни.
- Дух ветра, создатель мира и людей, - с радостным смирением и простотой спросил таёжник. - Ты знаешь, что такое полёт, скажи, что такое свобода, которой преграды не закрывают свет солнца?
- Ветер говорит с теми, кто расправляет крылья, - передал видение своему народу Дух ветра. - Между прыжком и полетом лежит сомнение.
Таёжник, отсеивая сны и видения, начинал постигать путь ветра и легко приспосабливался к характеру Духа ветра и быстро находил взаимопонимание. Он уяснил, что него нет ничего постоянного в бесконечном просторе. Все, что-то плохое могло закончиться чем-то хорошим, и все, что хорошо, - тоже хорошо. Таёжник ладил, менялся в зависимости от обстоятельств и старался успокоить дух ветра, зачаровывал его своими планами, идеями и заключал с ним дружеский договор, после чего даже бури усмирялись. Таёжник чувствовал силу и огромные крылья ветра, созданные из тончайшего света. Он сообразил, что больше не надо бояться морозных ветров, пронзающих снежинками его сердце и леденящих кровь, а с уважением к ним относится.
- Ветер дует - следы заметет, - вздохнул таёжник. - Ветер и горы с места сдвигает.
Скользил отчаянный таёжник по самому высокому краю висячего ледника, словно в танце, призывал весенний и тёплый ветер с юга. Перечислял красивые имена и значения погожего ветра. Мечтал приобрести крылья ветра и сквозь пространство раскрывал ладони. На следующий же день с дрожью зари пришёл нарастающий быстро летящий уверенный ветер. Развевал безудержный ветер мечты в разные стороны и игривыми порывами буквально приглашал на танец. В такт танцевало сердце таёжника парный танец в живых и трепетных руках дикого ветра. Соединяясь с воздухом, дул колотый ветер в тревожную пустоту и поворачивался таежник, без тени искажений заблудившись в сумраке застывшей зимы. Ледяной, промозглый и наглый ветер толкал, проникая сквозь вечную мерзлоту сердца, и таёжник бесповоротно шагал на вершину белого ледника. Он ощущал свободный ветер как своё дыхание. Прислушивался, как воздух проникал в легкие и выходил обратно. В момент полного отождествления с вешним ветром он почувствовал себя легче пёрышка. Поднимая глаза к небу, своим сознанием управлял росистым ветром. Таежник, отворяя веру в понимание, поворачивал сорвавшийся росный ветер мысленно.
- Ветру пути не заказаны, - молвил таёжник. - Солнце заходит красно - к росяному ветру.
Весенний ветер с тоской в глазах окутывал тело, словно разделить мерзлоту сердца пытался на безмолвном льду обжигающего ледника. Желанный ветер обнимал, пытался кружить и вверх, вздымать. Дразнил и смеялся весело в лицо таёжнику. Дражайший ветер и таёжник сами избрала этот путь, и действительно были едины на холодной глади смёрзшегося льда и алмазов искристой кромки стужи. Сердцем, балансируя, скользили почти бесшумно по тонкому лезвию холода, сквозь странные стыки миров ледника и озноба. Стоял лестный таёжник на прохладном ветру влюбленный в сквозной танец на зыбкой грани судьбы и льда, пел мелодии с поэтическими образами сладкого ветра. От слишком долгих бесчувственных холодов возжигая огонь изнутри встречным тёплым неуловимым ветерком - братишкой родным, искомым оберегом таёжного рода.
Подписаться на:
Сообщения (Atom)